Ректор СПбГУ предложил закрепить правовой статус семьи

Термины решают всё: ввести наконец единое определение и правовой статус семьи в РФ — предложил ректор СПбГУ Николай Кропачев на религиозном круглом столе

В рамках XII Санкт-Петербургского международного форума объединенных культур в старейшем университете России — СПбГУ — собрался «круглый стол» «Религия, образование, семья: ценности и перспективы». Одной из центральных тем обсуждения стала необходимость точного определения ключевых понятий, которые лежат в основе государственной политики страны. Ректор Санкт-Петербургского государственного университета Николай Кропачев рассказал «Санкт-Петербургским ведомостям» о том, почему терминологические разночтения становятся правовой проблемой и почему опыт СПбГУ в создании толкового словаря государственного языка РФ может быть востребован в составлении нормативных словарей республик России.

— Николай Михайлович, название «круглого стола» — «Религия, образование, семья: ценности и перспективы». Вы начали свое выступление с вопроса: что такое семья? Почему определение этого понятия сегодня настолько важно?

— В действующем российском законодательстве отсутствует единая четкая трактовка этого понятия. Федеральный законодатель не закрепляет универсальную дефиницию. Вмес то этого используются дефиниции отдельых видов семей: многодетная, молодая, студенческая, неполная, малоимущая, приемная и т. п. При этом возникает справедливый вопрос: корректно ли говорить о различных разновидностях ячейки общества, не определившись с самим понятием термина?

На отраслевом уровне понятие «семья» и «член семьи» наполняется разным содержанием. В жилищном праве значение имеют совместное проживание и ведение общего хозяйства. В трудовом праве — фактический уход за ребенком. В наследственном — родство и степень родства.

Подходы к термину различаются и на региональном уровне. В 12 субъектах Российской Федерации существуют специальные законы, регулирующие общие вопросы региональной политики в сфере охраны материнства, отцовства и детства. При этом в остальных такой дефиниции нет вообще, и из‑за того, что каждый наделяет этот термин своим смыслом, могут возникать труднос ти как на бытовом уровне, так и в процессе правового регулирования, что является основной проблемой.

— Какие практические последствия возникают из‑за такого различия подходов?

— Одно и то же лицо может признаваться членом семьи в одном субъекте Российской Федерации и не признаваться в другом. Получается, что гражданин может быть членом семьи для получения одной меры поддержки и не быть для другой, поскольку подходы и определения разные. Проблема отсутствия единого понятия порождает меж региональную и отраслевую фрагментацию, затрудняет защиту традиционных семейных ценностей и реализацию указа от 09.11.2022 № 809 (ред. от 04.03.2026) «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреп лению традиционных российских духовно-нравственных ценностей». Это создает правовую неопределенность, которую, на мой взгляд, можно преодолеть, во‑первых, закрепив в законодательстве понятие, а во‑вторых, признав семью субъектом права, а также должным получателем социальных льгот, собственником имущества и плательщиком налогов.

Как руководитель рабочей группы Всемирного русского народного собора по разработке правового статуса семьи, я убежден: именно семья — основа общества, важнейший социальный институт, и именно поэтому такое определение необходимо всем нам.

— Ранее вы уже говорили о необходимости закрепления единого понятия семьи, однако это не единственная проблема, которую вы обозначаете. Зачем, по‑вашему, признавать семью еще и отдельным субъектом права?

— Признание самостоятельным участником правоотношений позволит укрепить ее экономические основы, обеспечить защиту общего имущества, повысить адресность мер государственной поддержки и вывести семейную политику на принципиально новый уровень. Это в свою очередь существенно укрепит весь институт семьи в России.

Сегодня часто возникают споры, например, о том, может ли одна образовательная организация выделять средства на социальную поддержку студенческой пары, если ее члены или обучаются в разных учебных заведениях, или второй супруг вообще не имеет статуса студента. Еще один пробел проявляется в ситуациях, когда родственник, проживающий в жилом помещении, находящемся в индивидуальной собственности другого члена семьи, не может получить расшифровку общей задолженнос ти из‑за формальной ссылки на персональные данные другого лица. В то же время, согласно статье 31 Жилищного кодекса, они несут солидарную обязанность по оплате жилого помещения.

Юридически субъектами правоотношений признаются отдельные граждане (супруги, родители, дети), а не вся семья целиком. Из-за этого трудно защищать права семьи как единого целого.

— В своем выступлении вы связали вопрос о правовом статусе семьи с проблемой терминологических разночтений. Как право и язык оказываются связаны между собой?

— Мы с вами хорошо знаем, что язык закона очень часто непонятен людям, которые не являются специалистами в облас ти права. Это действительно проблема, поскольку не понимать смысл закона — это не значит освобождать себя от ответственности. В этом смысле право и язык тесно связаны друг с другом. И один из способов решения проблемы терминологических разночтений, на мой взгляд, — это унификация и закрепление соответствующих понятий в нормативном толковом словаре.

Экспертами Санкт-Петербургского универсиета, причем я отмечу, что это была именно междисциплинарная группа специалистов, куда вошли юристы и филологи СПбГУ, ведущие российские лингвис ты, представители Русской православной церкви и других традиционных конфессий России, а также более 50 экспертов из разных предметных областей, был разработан толковый словарь государственного языка Российской Федерации. В этом словаре нашли отражение все ценности, перечисленные в указе Президента РФ № 809. Когда речь идет о понятиях, которые используются в законодательстве и государственной политике, важно, чтобы их содержание всеми участниками правовых отношений понималось одинаково.

— Вы предложили продолжить эту работу и также разработать нормативные словари государственных языков рес публик Российской Федерации. Почему это важно?

— Это особенно важно для многонациональной России, так как в состав страны входят республики, которые имеют свои государственные языки, при этом нормативных словарей для таких регионов нет. Можем ли мы тогда быть уверены, что те слова, которые используются в переводах на национальные языки, правильно передают смысл традиционных российских духовно-нравственных ценностей, общих для всех и закрепленных на государственном уровне?

Создание толковых словарей может стать однм из инструментов унификации важнейших понятий, а также, я уверен, поспособствует формированию единого подхода к пониманию нравственных ориентиров. Такая работа требует междисцип линарного подхода, поэтому к созданию словарей необходимо привлечь специалистов в области филолгии, права, культуры, образования, представителей традиционных конфессий и носителей соответствующих языков — только такой всеобъемлющий подход позволит действительно достичь желаемого результата.

Важно не просто подобрать языковой эквивалент того или иного понятия, а обеспечить точную передачу его содержания, обозначение смысла, по этому богатый опыт Санкт-Петербургского государственного университета будет востребован при решении этой задачи.

— Можно ли сказать, что предложение о словарях — продолжение той работы, которую СПбГУ уже провел на федеральном уровне?

— Да, конечно. Весной 2025 года правительство Российской Федерации утвердило список нормативных словарей, справочников и грамматик, фиксирующих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качест ве государственного языка России. В перечень вошли четыре словаря, в том числе толковый словарь государственного языка Российской Федерации, разработанный коллективом Санкт-Петербургского государственного университета, то есть он стал обязательным к использованию при составлении законов, документов, в образовании, судопроизводстве и СМИ.

СПбГУ часто выступает со смелыми идеями, которые позже находят свое закрепление на федеральном уровне. Поэтому если мы создали необходимый инструмент для государственного языка России, то необходимо обеспечить точность передачи тех же смыслов и на национальных языках республик.

— Получается, работа СПбГУ в этом случае позволяет увидеть следующую задачу еще до того, как она становится частью масштабной государственной повестки?

— Именно в этом я вижу одну из задач Санкт-Петербургского государственного университета и всей университетской науки. Мы должны не только отвечать на уже сформулированные вопросы и решать уже поставленные задачи, но и выявлять запросы общества, находить проблемы, для которых необходимо искать решения.

В данном случае есть последовательная логика: сначала возникает проблема терминологических разночтений, затем создается нормативный словарь государственного языка Российской Федерации, который позволяет эту проблему решать применительно к русскому языку. Следующий шаг — обеспечить точность передачи важнейших понятий на государственных языках республик Российской Федерации. То же самое относится к правовому статусу семьи. Анализ действующего законодательства позволяет увидеть межотраслевую и межрегиональную фрагментацию. Дальнейшее действие — предложить правовые механизмы, которые позволят эту проблему преодолеть.

Для СПбГУ важно соединять научную экспертизу с практическими задачами развития страны. Университет может выявлять такие проблемы, предлагать решения и формировать научную основу для дальнейшей работы на государственном уровне.

Читайте также:

В СПбГУ искали способы защитить традиционные ценности

В Москве обсудили седьмую заповедь Закона Божьего

Раввин Лазар: «высшая карьера на свете для женщины — дети»

Адвентисты на молодежном межрелигиозном форуме в Москве