Забыл закрыть форточку

Начищенный и наутюженный, повязанный хорошо отстиранным красным галстуком, я из лесу вышел, был сильный мороз. Нет, про лес и мороз я слегка приврал. Не лес, а парк, он рядом с нашим домом был. Да и какой мороз в начале марта. Но насчет начищенный и наутюженный – чистая правда.

Это был день выборов. В Советском Союзе развлечений не так уж много было, выборы – как раз из того списка. А если учесть, что из скудного перечня увеселительных мероприятий пионеру причиталось и того меньше, то пионер к выборам просто не мог подойти не начищенным, не наутюженным и с грязным галстуком.

Возле урн, куда отправлялось волеизъявление советского народа, всегда выставляли пионеров. Считалось, что мальчик и девочка в парадной форме украсят любой праздник. Не знаю, о чем думали идеологи почетных караулов, но если правильно подобрать пару, можно было услышать учащенное сердцебиение горячих пионерских сердец. В 11.00 пробил мой час стояния. Торжественным шагом мы с Турсумбаевой дотопали до урны и встали, как сфинксы – стеречь основы советской демократии.

Стоять нам нужно было час. Слева от меня учащала мое сердцебиение соседка по парте аж со второго класса. Головой крутить почетному караулу не полагалось, разговаривать тоже. Но никто не мог запретить моей фантазии лететь на все четыре. Вот и понеслась моя душа в рай! Отстоим сейчас в этом почетном карауле, а потом возьмемся за руки и с песней по жизни, как в хорошем черно-белом советском кино. Где-то в районе 11.30 я очнулся. Отец Турсумбаевой со всей семьей в полном составе, за исключением участницы почетного караула, пришел волеизъявить. Он наклонился к моему уху и двумя словами не только вернул меня на землю, но и сразу закопал.

— Ширинку-то что не застегнул, — тихо шепнул он.

Следующие полчаса были потрачены на поиски решения для создания машины времени. Поиски закончились неудачей…