Новые воспоминания священнослужителей на портале «Память Церкви»

Портал «Память Церкви» опубликовал новые материалы — воспоминания священнослужителей и монашествующих о том, как они пришли к вере, служили в советское время и хранили семейные духовные традиции.

Протоиерей Владимир Волгин, настоятель храма Софии Премудрости Божией в Средних Садовниках Москвы, рассказывает о своем непростом пути к Богу и священству. В советской семье оба сына стали священниками — представители, по его словам, «второго поколения после верующей Руси». Тяжелая болезнь в детстве, мучительный вопрос о жизни после смерти, знакомство с древнерусской иконописью, таинственный сон, в котором три святителя благословили мальчика, — эти небольшие шаги привели к тому, что в 16 лет он сжег комсомольский билет, а в 18, еще некрещеным, захотел стать священником.

«Мне повезло, что я заболел после случайного падения в ледяную воду, — рассказывает отец Владимир. — Из-за болезни я не мог играть со сверстниками и проводил время в размышлениях о смерти. Когда хоронили кого-то, я подходил к гробу, чтобы понять, что там, за гранью. Считаю, что это были мои шаги к Богу».

***

Протоиерей Сергий Ксенофонтов, клирик храма иконы Божией Матери «Утоли моя печали» в Саратове, делится историей своей благочестивой семьи, которую коснулись репрессии и раскулачивание. Его прадед погиб за то, что в день Пасхи устроил богослужение вместо участия в субботнике. С тех пор в семье строго запрещалось работать в Светлое Христово Воскресение. Отец Сергий вспоминает, как с детства тянулся к Церкви, рисовал храмы, с пятого класса хотел стать священником, в 18 лет впервые прочел Евангелие. В 1989 году на Пасху храм в Саратове окружали солдаты с собаками, не пропуская молодежь.

«Мой прадед был старостой церкви и регентом, — рассказывает отец Сергий. — В 1928 году в деревне организовали коммуну и на Пасху назначили субботник. Прадед открыл храм и начал петь канон, народ присоединился. За это руководители коммуны засекли его кнутами на пороге храма. Так что по отцовской линии у нас духовные корни».

***

В воспоминаниях протоиерея Владимира Корчагина, заштатного клирика храма Рождества Богородицы в поселке Гнилицы Нижнего Новгорода, описана жизнь Нижегородской епархии в 1970-1980-е годы. Отец Владимир пришел в Церковь взрослым и служил на разных послушаниях: пел на клиросе, топил печь в кочегарке, доставлял продукты и книги, помогал восстанавливать храмы, а позже стал благочинным Южного округа Горького. Он рассказывает о приходах в советское время, о зарождении духовного образования в епархии и о служении митрополита Николая (Кутепова).

«Впервые я попал в церковь после армии, — вспоминает отец Владимир. — Соседи попросили заказать отпевание. Я пришел в храм, а их было всего три на весь Горький. Войдя, я остановился: никогда не видел такой обстановки, кругом иконы. Я стоял с открытым ртом, не понимая, что происходит. Потом сотрудница помогла мне. Когда я вышел, долго не мог прийти в себя — такого я никогда не испытывал».

***

Игумен Дионисий (Воздвиженский), наместник Спасо-Каменного Преображенского мужского монастыря, родился в семье вологодских художников и окончил художественно-реставрационное училище. В 22 года он поступил послушником в Спасо-Прилуцкий монастырь. Отец Дионисий рассказывает о своей семье (отец из духовного сословия), о верующих родственниках, о своем воцерковлении в подростковом возрасте и о церковной жизни Вологды в конце 1980-х, в том числе об общении с архиепископом Михаилом (Мудьюгиным).

«В нашей семье всегда были иконы и богослужебные книги, — говорит отец Дионисий. — Бабушка и ее сестры хранили много образов, у старшей сестры была молельная комната с большим распятием. Возможно, часть из них из разрушенного в 1930-е годы Говоровского храма. Эти женщины вели усердную церковную жизнь, старшая сестра, слепая с 18 лет, всю жизнь молилась и регулярно посещала храмы».

***

Монахиня Феодора (Пасечник), насельница Крестовоздвиженского женского монастыря в Нижнем Новгороде, воспитывалась верующей матерью и с детства помогала при храме. Матушка Феодора вспоминает о духовенстве Нижегородской епархии, общении со схимонахинями закрытых монастырей и служении алтарниц.

«Ко мне приходили комсомольцы и военные, — вспоминает матушка Феодора. — Один сказал матери: "Я твою дочь пошлю туда, куда ворон костей не заносит!" Мать ответила: "А за что? Бога у нас нет?" И стукнула кулаком по столу, так что посуда загремела. Тот развернулся и ушел, сказав: "Ну и крепка!" Вот такая у меня была мама».

Учебный комитет/Патриархия.ru