Пастор Сергей Переславцев из Улан-Удэ: «Вера должна становиться делом»

Пастор Сергей Переславцев известен в Улан-Удэ как основатель общественных некоммерческих организаций «Найдал-Надежда» для помощи людям с алкогольной и наркотической зависимостью и «Отцов города». Ему 50 лет. В 46 лет поступил в БГУ имени Доржи Банзарова на направление «Теология», окончил с красным дипломом и пошел дальше, в магистратуру. Убежден, что учиться необходимо на протяжении всей жизни независимо от возраста и уже имеющегося опыта. Женат, воспитывает четверых детей.

— С 2013 года я возглавляю церковь «Новый Завет», а в декабре 2014 года она получила государственную регистрацию как местная религиозная организация. С самого начала для нас было важно создать не просто место проведения богослужений, а живую общину, где люди могут найти духовную поддержку, обрести друзей, получить помощь в трудной жизненной ситуации и стать частью большой церковной семьи. Постепенно развивались детское, молодежное, семейное и социальное служения. Сегодня мы уделяем большое внимание духовному наставничеству, укреплению семей, воспитанию детей и благотворительности. Я убежден, что церковь не должна замыкаться внутри своих стен. Ее призвание — быть полезной обществу, участвовать в решении социальных проблем и помогать людям независимо от их религиозных убеждений.

— Поделитесь, пожалуйста, историей проникновения евангельских убеждений в Бурятию?

— 200 лет назад дорога в наш регион занимала много времени, тем не менее в начале XIX века сюда приехали английские миссионеры, в том числе Эдвард Сталлибрас и Уильям Сван. Они изучали жизнь местных народов, занимались просвещением и переводами христианских текстов. История не была прямой и безоблачной. За миссионерскими начинаниями последовали смена эпох, революции, гонения на верующих и десятилетия ограничений религиозной жизни. И все же евангельские общины в регионе продолжали существовать, а после распада СССР начался новый этап их развития.

Историк Светлана Ахмадулина в исследовании о корейском протестантизме в Бурятии показывает, как в 1990-е годы менялась религиозная карта республики. В январе 1995 года корейские миссионеры Ким Гын Гон и Ли Чан Бэ начали домашние богослужения в Улан-Удэ. Позднее появились новые общины, группы по изучению Библии и образовательные инициативы. Исследователь обращает внимание и на социальные, в том числе реабилитационные программы протестантских церквей. Эти факты помогают понять: за сегодняшней деятельностью евангельских общин стоят годы поисков, труда и встреч с людьми, которым необходима поддержка.

— Сергей Алексеевич, как появились общественные некоммерческие организации в Бурятии «Найдал-Надежда» и «Отцы города»?

— Создание в 2013 году реабилитационного центра «Найдал-Надежда» было связано с желанием помогать людям, страдающим алкогольной и наркотической зависимостью, а также их семьям. Мы понимали, что человеку недостаточно просто отказаться от употребления психоактивных веществ. Ему необходимо восстановить отношения с близкими, научиться принимать ответственность за собственную жизнь, приобрести новые ценности и подготовиться к возвращению в общество. Поэтому мы разработали программу, которая объединяет духовно-нравственное воспитание, наставничество, индивидуальную и групповую работу, социальную адаптацию. Принципиально важно, что помощь в нашем центре оказывается бесплатно. За годы деятельности через программы центра прошли более 700 человек, было создано или восстановлено более 30 семей. Некоторые выпускники впоследствии открыли собственные предприятия, создали рабочие места и сегодня сами помогают другим людям. Мы сотрудничаем с различными государственными учреждениями и общественными организациями, в том числе с Республиканским наркологическим диспансером. Для меня главная ценность этой работы заключается не в статистике, а в конкретных человеческих судьбах, когда человек возвращается к семье, восстанавливает отношения с детьми и начинает самостоятельную жизнь.

Я являюсь председателем Совета отцов школы № 35 города Улан-Удэ. Участвуя в жизни школы, все больше убеждался, насколько важно присутствие отца в воспитании ребенка. Нередко мужчины воспринимают свою роль исключительно как обеспечение семьи, тогда как детям необходимо гораздо больше: общение, поддержка, участие в их интересах и проблемах. Постепенно возникла идея объединить активных и неравнодушных отцов, готовых участвовать не только в жизни собственных семей, но и в общественных инициативах. Так появилось движение «Отцы города», а в 2019 году зарегистрирована одноименная автономная некоммерческая организация. Сегодня мы занимаемся вопросами ответственного отцовства, семейного воспитания, профилактики зависимостей и рискованного поведения подростков, взаимодействуем с образовательными учреждениями. Одним из перспективных направлений является разработка программы профилактического наставничества для старшеклассников. Мы хотим создать условия, при которых подростки смогут получать поддержку взрослых наставников, находить положительные примеры и формировать устойчивые жизненные ориентиры.

— Наша страна ведет специальную военную операцию в Украине. Как церковь поддерживает участников СВО, их семьи?

— Церковь не может жить отдельно от своего народа, особенно когда люди проходят через тяжелые испытания. Сегодня разговор о церкви выходит далеко за пределы воскресного богослужения. Мы участвуем в помощи бойцам СВО, оказываем финансовую поддержку. Несколько человек из нашей церкви ушли добровольцами на СВО. Церковь «Новый Завет» заключила соглашение о сотрудничестве с Бурятским региональным отделением «Боевого братства». Для меня это не отвлеченная общественная тема. Я пастор, и за словами «помощь участникам СВО» вижу лица людей: тех, кто уехал, тех, кто ждет дома, тех, кто вернулся и пытается заново найти свое место в мирной жизни. Иногда думаешь о матери, которая ждет звонка от сына, о ребенке, который спрашивает, когда вернется папа, и понимаешь, что одних правильных слов здесь мало. Христианство для нас не ограничивается богослужениями. Вера должна становиться делом. Апостол Павел пишет: «Носите бремена друг друга и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6:2). Я спрашиваю себя: если мы не готовы понести хотя бы часть чужой тяжести, что тогда стоит за нашими проповедями?

2026-й объявлен в России Годом единства народов России. Для нашей многонациональной страны это важная тема. Единство не означает одинаковость взглядов или отсутствие трудных вопросов. Оно начинается с готовности услышать ближнего, разделить его боль, не пройти мимо. Меня трогает, что первые христиане были обычными людьми, иногда испуганными и растерянными. Но вера и общность помогли им пройти через гонения и испытания. Думаю, сегодня нам тоже важно не потерять способность быть рядом друг с другом. К нам обращаются и ветераны СВО за духовной поддержкой. И это особенно заставляет меня задуматься. Мы молимся о том, чтобы люди вернулись домой живыми. Но я все чаще спрашиваю себя: с чем они вернутся в душе? Кто сможет выслушать их без поспешных оценок? Кто останется рядом, когда первые встречи и поздравления закончатся? Среди членов нашей церкви есть военнослужащие, находящиеся в зоне СВО. Это не безымянные люди, а наши друзья и братья по вере. Я помню их в церкви, за общим столом, в молитве. И когда узнаешь, что кто-то из них сейчас находится в опасности, иначе звучат даже привычные слова «Господи, сохрани». Особенно близка мне история Василия. У него трое детей, семья ждет четвертого ребенка. Я думаю о его супруге и детях, о том, как непросто им всем. И вместе с этим вижу человека, который не оставляет свою веру даже в тяжелых обстоятельствах. У Василия, участника СВО и члена церкви «Новый Завет», большая семья: два сыночка, дочка, сейчас с супругой ждут прибавления. Он участник чеченской кампании. Василий пишет мне: «Я обычный человек. Но вера помогает мне не оставаться один на один с этим страхом. Были случаи, когда я особенно остро ощущал Божью защиту. Дважды рядом оказывались взрывоопасные предметы, которые не сработали. Я точно чувствую ответственность за людей рядом. Если могу с кем-то поговорить о Христе или помолиться, стараюсь не упускать такую возможность. Здесь я по-новому понял и ответственность перед семьей: насколько жена и дети нуждаются во мне и насколько я нуждаюсь в них. Не имею права относиться к своей жизни легкомысленно. Поэтому молюсь постоянно: когда иду, когда просыпаюсь ночью, когда есть свободная минута. Скачал Библию на телефон, читаю».

Я слушаю его и чувствую одновременно благодарность, тревогу и боль. Благодарность за то, что он жив и может говорить с нами. Тревогу за него и за других ребят. Боль за семьи, которые уже потеряли близких. Как пастор, я не хочу давать легкие ответы на тяжелые вопросы. Не на каждое «почему?» у нас есть объяснение. Но верю, что даже там, где не хватает слов, человек не должен оставаться один. Мы можем молиться, плакать с плачущими, помогать и сохранять надежду

Не обязательно совершать что-то грандиозное, чтобы помочь. Иногда нужно позвонить семье военнослужащего, привезти продукты, наколоть дрова, выслушать ветерана. Меня всегда возвращают к сути слова Христа: «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25:40). Я хочу, чтобы наша церковь была местом, где не спрашивают сначала, заслужил ли человек помощь, а видят его нужду. Мы не можем исправить все, что причиняет людям боль. Но можем не пройти мимо конкретного человека. Для меня это и есть практическое выражение Евангелия.

Фото: из личного архива

Источник: MK.RU Улан-Удэ

Фотогалерея