Искажённые традиции: как нацисты переделывали Адвент и Рождество

Адвент и Рождество в их конкретном оформлении — величины исторические, а потому подверженные изменениям со временем. Многое из того, что сегодня кажется неотъемлемой частью Адвента, возникло в течение истории и иногда является даже относительно молодым. Например, адвентский венок, который впервые повесил Иоганн Хинрих Вихерн в 1839 году в «Рауэн Хаус» в Гамбурге. А другие обычаи, связанные с Адвентом, были упразднены или забыты.

Особую трансформацию Адвент и Рождество пережили во времена национал-социализма. Целью было оттеснить всё, что имело христианское содержание, и наполнить его собственной нацистской идеологией. Именно в отношении всего, что связано с Адвентом и Рождеством, это проявилось особенно ярко.

Праздник рождения Спасителя Иисуса Христа и связанный с ним цикл не только по своей сути были религиозными. Их празднование также было глубоко укоренено в народной жизни множеством обычаев. Для национал-социалистов это, вероятно, стало стимулом как раз поработать над Рождеством и отсечь все христианские корни.

Хотя многое из того, что характеризовало нацистский рождественский культ, исчезло с окончанием эпохи Третьего рейха, кое-что сохранилось до наших дней. Иногда, конечно, без точного понимания того, из какого исторического контекста это происходит.

Рождество как праздник всеобщего материнства

Христиане с древних времён называют недели перед Рождеством «адвентом». Название происходит от латинского слова «adventus», что означает «пришествие». Это соответствует и христианскому содержанию этого времени: верующие ожидают пришествия Христа в этот мир — Его пришествия тогда в Вифлеем и Его пришествия в мир в конце времён.

С точки зрения нацистской идеологии было почти само собой разумеющимся, что этот Адвент нужно преобразовать, чтобы освободить его от христианского содержания. И это начиналось уже с названия: Адвент стал «предрождественским временем» — термин, который в глазах нацистов казался менее подозрительным.

Разумеется, и под «Рождеством» понималось не христианское Рождество. А праздник, соответствующим образом переосмысленный в духе нацистской идеологии: как праздник всеобщего материнства, праздник йольской ели, праздник зимнего солнцестояния.

Соответственно, «Предрождественское время» назывался и своего рода адвентский календарь, выпускавшийся Имперским руководством пропаганды НСДАП. В нём детей не только знакомили с содержанием нацистского Рождества, но и приобщали к военной тематике.

«Мы строим снежные бункеры и снеговиков», — гласило одно из заданий в этом календаре. В других местах были изображены горящие русские танки и уничтоженные английские военные корабли.

До наших дней сохранилось выражение «предрождественское время». И неважно, по радио, телевидению или в прессе: очень часто этот термин используется для описания того времени, которое на самом деле называется Адвентом.

Конечно, слово «предрождественское время» появлялось и до эпохи нацизма и использовалось там просто как синоним Адвента. Лишь национал-социалисты попытались с помощью этого нового термина выразить нечто новое: дистанцирование от старого, христианского Рождества и приверженность новой идеологии.

Когда сегодня вместо Адвента говорят о предрождественском времени, это дистанцирование от христианского содержания, по крайней мере отчасти, сохраняется. Ведь Адвент обладает двойным характером: ориентацией на пришествие Христа 2000 лет назад (то, что мы празднуем на Рождество) и ориентацией на пришествие Христа в конце времён.

Адвент в христианском смысле — это не только подготовка к Рождеству, но и подготовка ко Второму пришествию Христа в наш мир. Это измерение, конечно, полностью теряется там, где декабрьские недели называют лишь «предрождественским временем». Там теряется подлинное содержание Адвента, и декабрь видится только как время подготовки к Рождеству.

«Высокая ночь ясных звёзд»

Второй пример того, как части нацистской идеологии сохранились до наших дней, — песня «Hohe Nacht der klaren Sterne» («Высокая ночь ясных звёзд»). Разумеется, трансформация христианского Рождества в праздник нацистской идеологии не обошла стороной и рождественские песни. Их без лишних церемоний переделывали, чтобы прославлять «фюрера», ёлку или материнство.

Немногие из этих переделок удержались в народе. Наиболее известна, пожалуй, строфа песни «Es ist für uns eine Zeit angekommen», в которой поётся: «Для нас настало время, / оно приносит нам великую радость. / По заснеженному полю / идём мы, идём мы / через широкий белый мир».

В оригинальной версии 1902 года речь шла о великой милости, которая была дарована людям через воплощение Христа. Одной из немногих новых песен, переживших нацистскую эпоху, стала именно «Высокая ночь ясных звёзд». Её написал в 1936 году Ханс Бауман, и вскоре она вошла в рождественские песенники нацистов.

Содержание песни, разумеется, было не славословием воплощению Бога, а гимном, воспевавшим великолепие ясных звёзд или огни, горящие повсюду в эту ночь. Прославлялось и материнство. Типичные мотивы нацистской рождественской идеологии, которые хотели распространить в народе через пение.

Интересно, что «Высокая ночь ясных звёзд» после 1945 года всё ещё включалась в рождественские песенники ФРГ. Существуют и многочисленные аранжировки этой песни: последнюю запись сделал Хайно в 2013 году.

Часто песня передавалась и пелась, несомненно, по незнанию её происхождения. Однако иногда она вполне сознательно распространяется в право-консервативных кругах и воспринимается именно из-за своего происхождения из нацистской идеологии.

Нюрнбергский рождественский рынок

Третий пример: каждый год в пятницу вечером перед первым воскресеньем Адвента открывается Нюрнбергский рождественский рынок (Christkindlesmarkt). При этом переодетая в Младенца Христа девочка выходит на балкон церкви Фрауэнкирхе и произносит торжественный пролог: «Господа и дамы, вы, которые когда-то были детьми…».

Интересно, что именно эта постановка, которая проводится до сих пор, является изобретением национал-социалистов. Они хотели вновь поднять престиж Нюрнберга, «самого немецкого из всех немецких городов», как говорилось в нацистской пропаганде.

Для этого они использовали возрождение рынка Christkindlesmarkt, который к концу XIX века несколько утратил своё значение. Нацисты перенесли рынок на Главную рыночную площадь и открывали его пышной церемонией, в центре которой был Младенец Христос.

Девочка с длинными светлыми локонами в сопровождении двух ангелов из мишуры — это хорошо вписывалось в нацистскую идеологию, которая хотела дистанцироваться от «Младенца Христа» — мужского, еврейского ребёнка из Леванта.

До сегодняшнего дня в церемонии открытия мало что изменилось. Изменился лишь текст, который произносит нюрнбергский Младенец Христос: его заново сочинил в 1948 году нюрнбергский гражданин Фридрих Брёгер, очистив от любых отзвуков нацистской идеологии.

Обычаи: не только хранить, но и критически осмыслять

Важно вновь и вновь интересоваться происхождением определённых ритуалов или понятий. Потому что иногда совершенно неосознанно воспринимаются вещи из эпохи, от которой хотелось бы чётко дистанцироваться. А иногда необходимо и переосмыслить, и, возможно, изменить устоявшиеся традиции, чтобы они соответствовали нашим сегодняшним ценностям.