Малое стадо в большой войне: как немецкая лютеранская церковь помогает людям в Украине

Это лишь малое стадо среди церквей. В 24 общинах активно участвуют менее 1000 верующих – «разбросанных по всей стране», – сообщает Александр Гросс. 53-летний пастор является президентом синода Немецкой евангелическо-лютеранской церкви Украины (НЕЛЦУ).

Гросс окормляет пять общин в Одесской, Херсонской и Днепропетровской областях. Священнослужитель живёт и работает там, где с февраля бушует война между Украиной и Россией. Дроны в небе, артиллерийские и авиационные удары – всё это стало для людей повседневностью.

Несмотря на все опасности, люди там всё ещё остаются. Это старики и семьи с детьми. Именно о пожилых людях, которые ни за что не хотят покидать родную землю, заботятся Гросс и его помощники, работающие почти исключительно на добровольных началах. И всё это – в условиях войны. «Жизнь стала тяжёлой», – описывает он ситуацию на месте.

Поездка в Германию и помощь из Бремена

До воскресенья Гросс был гостем на встрече Густав-Адольф-Союза в Нордхорне. По пути туда он сделал остановку в бременской общине Святого Марка. Её пастор Андреас Хамбург координирует значительную часть помощи для новой города-побратима Бремена – Одессы.

Возможность передвигаться без кружащих над головой дронов для Гросса – «как отпуск», – заметил он при встрече со знакомым из общины. В беседе с evangelisch.de, а позже в лекции перед прихожанами, Гросс рассказал о работе на месте и ситуации христиан и церквей в Украине.

Церковь как якорь спасения

Несмотря на разрушения и всю неопределённость в связи с продолжением войны, люди собираются в маленьких общинах. Они стали чем-то вроде якоря в трудных обстоятельствах. По словам священнослужителя, церкви по-прежнему имеют большое значение в Украине.

Большинство людей ориентированы на православие. Однако на месте, по крайней мере в окружении Гросса, заметны лютеране. Это связано с «совершенно иной моделью» по сравнению с православием. Священнослужитель говорит о «ритуальной церкви». Лютеране же заботятся о людях на местах.

Это принимают с благодарностью, тем более что церковь на Донбассе – единственная институция, «оставшаяся в сёлах». «Мы навещаем людей дома», – добавляет Гросс.

Религиозная картина Украины

Помимо НЕЛЦУ, в стране, по словам Гросса, есть ещё две лютеранские церкви:

• консервативная Украинская лютеранская церковь (УЛЦ) с православной литургией;
• и Синод евангелическо-лютеранских общин, ориентированный на миссионерство.

Также присутствуют кальвинисты со связями с либералами и евангелистами в Нидерландах и США.

Но крупнейшими остаются православные церкви – здесь, с точки зрения Гросса, всё сложно. В стране всё ещё около 7000 общин, которые считают себя принадлежащими к Русской православной церкви Московского патриархата. Создание Православной церкви Украины Гросс называет «политическим решением».

Бедность, рост общины и конкретная помощь

В своём выступлении Гросс сообщил, что бедность – самая большая проблема. В принципе, купить можно всё, но именно у стариков нет денег. На этом фоне важна не только помощь пострадавшим. От этого выигрывает и сама церковь.

В цифрах это выглядит так: до войны в домашней общине Гросса, Св. Петра в Петродолинском, было 80 верующих. С началом войны многие бежали – осталось всего 15 стариков. Сейчас количество членов снова выросло до примерно 50 человек. В основном это обращённые из православной церкви. Было уже и четыре конфирмации.

Конкретная диаконическая работа на месте включает:

• опеку над беженцами в Петродолинском;
• продуктовую помощь почти 1300 людям в восьми сёлах;
• медицинский проект;
• распределение волонтёрами помощи: одежда, обувь, постельное бельё, посуда, мебель, предметы гигиены.

Также есть образовательные и опекунские программы: региональные и всеукраинские семинары, летние лагеря для детей и молодёжи, детский дневной центр для мальчиков и девочек в трудных жизненных ситуациях.

«Церковь надежды» в Новоградковке

Особенно дорого Гроссу проект «Церковь надежды» в Новоградковке (бывшем Нойбурге). Разрушенный храм должен быть восстановлен. Но только неф и башня. «Это важный символ», – говорит Гросс.

Внутри на трёх этажах планируется создать центр для приходской жизни, детский центр и зимнее убежище для пожилых людей.