Боль старшего брата

Как мне это все надоело. Посмотришь на все эти статьи про уставших лидеров, отчаявшихся прихожан, несчастных пасторов и раненую паству – и становится тошно. Везде – оскорбленные чувства, вокруг которых шум, гам, канонады и грохот эмоциональных ракет. И посреди них никто не замечает меня и мои чувства. А с меня хватит! Я от вас устал, братья и сестры. Где тут стоп-кран, мне нужно выйти…

Чего это я кипячусь? А я скажу вам. И если вам покажется, что это я лично на вас сейчас намекаю, то скорее всего так оно и есть.

Вы ссоритесь друг с другом из-за пустяков, которые вырастают в комки взаимных обвинений, делите мир на своих и чужих и даже не допускаете мысли, что кто-то может оказаться посередине, готовый любить и вас, и их – ваших обидчиков. И вот вы мечете стрелы друг в друга, даже не понимая, что все они, и от вас, и в вас – пронзают того, кто посередине.

Вы кричите о духовном насилии, о раненых сердцах и покалеченных душах, и, кажется, совсем не замечаете, как ваши раненые сердца наполнились ненавистью такой силы, что от одного ее запаха рвутся вдребезги сердца тех, кто ненароком соприкоснулся с вами. Вы кричите, что вы жертвы, даже не замечая, как жертвами становятся все, кому досталось услышать ваш крик.

Вы жалуетесь, что в церкви вас никто не замечает, что о вас никто не заботится, даже не думая, что подставивший вам в этот момент свое ухо, отдал вам свое внимание и любовь, а в ответ не получил от вас ничего. Вы по крупицам собираете внимание у тех, кто просто служит, как умеет, не требуя ничего взамен. Вы поститесь о заблудших душах, отколовшихся от церкви, и даже не замечаете, что души людей рядом с вами черствеют и превращаются в камни, как песок, не знающий влаги, спрессованный окружающей суровой действительностью.

Мы – старшие дети в семье. Мы привыкли самостоятельно учиться, присматривать за младшими, получать оплеухи за чужие ошибки и отвечать за свои. Но и нам иногда хочется вдруг почувствовать себя детьми, впасть в детство и, наконец, объявить о своем существовании. Чтобы и за нас поволновались хоть раз, стать центром проблем и всемирного беспокойства. Чтобы все вдруг оторвались от собственных зеркал и поняли, что мы лучшее, что у них было.

И вот, что я решил. В следующее воскресенье я не пойду в церковь. Я не хочу вас видеть. У меня нет больше сил терпеть запах вашей ненависти, эгоизма и «детских болезней». Теперь я – жертва. Теперь моя очередь кричать про разбитое сердце и раненую душу. Кто виноват? Вы! А я… я устал. Я – ухожу.