Брак закончится, жизнь начнется

Мы с женой недавно отметили тридцатилетие нашей семейной жизни. Взяли выходной и пошли гулять, есть, болтать. Но самым запоминающимся моментом того дня стала остановка на кладбище. Она как будто произошла, чтобы подготовить нас к чему-то, что должно было случиться спустя три дня.

Вы бы пошли на кладбище праздновать годовщину чего-либо? Я бы рекомендовал. Хотя, честно говоря, это не мы так запланировали – нас Бог туда привел. Мы, на самом деле, шли в кофейню, где работает наш сын. Но когда мы проезжали мимо Лейквудского кладбища, жена попросила остановить машину, потому что она хотела показать мне там одну маленькую часовенку. Часовня оказалась занята, и мы пошли на могилу Джозефа.

Тысячи историй в камне

Джо был моим хорошим другом; он умер двадцать лет назад. Двадцать лет. Как время летит! Помню его, как сейчас. Помню все его шуточки и саркастические заметки. Помню его красивый бас, звучащий все ближе, пока он шел к нам пешком. Помню его заразительную веру, его непрестанно хвалящее Господа сердце, его желание, чтобы все были также свободны во Христе, как и он. Помню все наши долгие, глубокие беседы. Я имел честь быть его шафером, когда он женился на Нэнси. Ему было всего тридцать семь, когда его жизнь оборвалась. С тех пор родились и выросли новые люди.

Мы с женой долго бродили по зеленому полю, усыпанному надгробными камнями с именами и датами. Каждый камень стоял в память о ком-то, кто, как и Джо, некогда был полон жизни и задора. Каждый из них был повестью, полной красоты, боли и греха, непонятной и значимой в вечности. Каждый из них – личная живая история, вплетенная в другие, в радости и в горе, пока смерть не разорвет это полотно. А сейчас от этих историй остались только памятные камни… Мы ходили, думали о своих историях и отмечали, как много камней с именами сразу обоих супругов.

Поэзия на кладбище

Когда часовня, ради которой мы изначально пришли на кладбище, опустела, мы зашли в нее, и я спел жене песню, которую написал для нее ко дню нашей свадьбы; в ней были такие строки:

Проснись, Любовь моя, ходи со мной
Зима прошла, и дождь пришел с весной
Растут цветы и дикий виноград
Пойдем со мной, тебе я очень рад
Оставим прошлое, теперь пойдем вперед
Господь готовит новой жизни год…

Спустя тридцать лет переплетения наших жизней в одну и годы «умудрения», эти стихи кажутся даже глубже, чем я их изначально задумал. Мы стали лучше понимать, насколько временна земная семья. Как бы прекрасна она ни была, она задумана, как прообраз чего-то более прекрасного, чего-то вечного – встречи с Женихом. И мы силимся представить, как это будет.

Когда мы выходили с кладбища, держась за руки, а свободными руками вытирая слезы, в головах у нас звучала одна мысль:

«Лучше ходить в дом плача об умершем, нежели ходить в дом пира; ибо таков конец всякого человека, и живой приложит это к своему сердцу.» (книга Екклесиаста глава 7 стих 2)

Готовясь войти в дом пира

Лучшее, что есть – дается Богом. Он привел нас тогда на кладбище не для того, чтобы мы в свою годовщину просто побыли серьезными. Спустя три дня родилась наша первая внучка, и мы уже шли в дом пира.

Бог, говоря через Екклесиаста, ни в коем случае не имеет в виду, что празднование – глупое и вредное времяпрепровождение. Нет, в той же книге сказано (глава 3 стих 1), что «всему свое время, и время каждой вещи под небом». «Все соделал Он прекрасным в свое время, и вложил мир в сердце их, хотя человек не может постигнуть дел, которые Бог делает, от начала до конца.» (стих 11). И есть «время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать» (стих 4).

Но почему Бог ставит плач перед смехом и горевание перед танцами? Потому что «сетование лучше смеха; потому что при печали лица сердце делается лучше» (глава 7 стих 3). 

Радость сквозь слезы

Там, на кладбище мы с женой как бы заранее плакали, вспоминая кого-то, кто был нам безмерно дорог. Но то горе было разбавлено надеждой (1-е послание Фессалоникийцам глава 4 стих 13). Мы, живые на земле, знали о своей неминуемой смерти и смотрели вперед, ожидая начала своей настоящей жизни. Утирая слезы, мы радовались надежде, которую давал нам Христос (1-е послание Петра глава 1 стих 3).

Этот плач подготовил почву для принятия в свои объятия нашу внучку, которая была точной копией своей матери в младенчестве. Проплакавшись, мы черпали радость из глубины; отгоревав, мы плясали в надежде на что-то, что было крепче, чем наша земная жизнь (послание Иакова глава 4 стих 4). Предвидя конец, мы понимали ценность этого нового прекрасного начала.

«Сердце мудрых – в доме плача, а сердце глупых - в доме веселья» (книга Екклесиаста глава 7 стих 4). Почему так? Потому что мудрые строят не на песке, а на камне (евангелие от Матфея глава 7 стихи 24-27). Радость, не ведающая или не желающая знать о горе, строит свой дом на песке, которому суждено развалиться. Мудрые помнят о своей кончине и строят свой дом на вечном камне Слова Искупления.

Только умудренные горем, мы готовы принять земную радость, которую Бог дает в свое время.